Соловей мой, соловей,
Голосистый соловей!
Ты куда, куда летишь,
Где всю ночку пропоешь?
<…>
Побывай во всех странах
В деревнях и городах:
Не найти тебе нигде
Горемычнее меня.
А.А. Дельвиг
Существуют произведения, которые являются «визитными карточками» авторов. В творчестве одного из выдающихся композиторов первой половины XIX века – Александра Александровича Алябьева, таким произведением стал романс «Соловей» на слова А.А. Дельвига. В исполнении П.А. Булахова, П. Виардо, Г. Зонтаг, А. Патти и других известных певцов романс быстро завоевал всеобщую любовь и мировую славу еще при жизни музыканта. Популярности произведения также содействовали его обработки – вариации и переложение романса для голоса с оркестром М.И. Глинки, скрипичная фантазия А. Вьетана, а также фортепианная транскрипция Ф. Листа. «Мне очень лестно, – писал А.А. Алябьев нотоиздателю М. Бернарду, – что мой романс мог заинтересовать столь знаменитого автора, как г-н Лист; музыка этой транскрипции восхитительна». П.И. Чайковский в письме к Н.Ф. фон Мекк писал: «Не могу без слез слушать “Соловья” Алябьева», — настолько эта музыка волновала его. Как и ныне продолжает волновать человеческие души и сердца.
Творчество А.А. Алябьева включает в себя различные жанры – оперы, балет, водевили, произведения для оркестра, фортепианные пьесы, камерные ансамбли, хоровые сочинения. Но важнейшее место занимают романсы и песни. Среди них, помимо «Соловья», большую популярность приобрели романсы «Иртыш» на слова И.И. Веттера, «Вечерний звон» на слова И.И. Козлова, «Зимняя дорога», «Слеза», «Я вас любил», «Я помню чудное мгновенье» на слова А.С. Пушкина, «Нищая» на слова П. Беранже и другие. Своим творчеством А.А. Алябьев заложил основы русского романса. Однако ценой таланта стала нелегкая судьба творца, хотя родился будущий композитор в семье тобольского губернатора.
Его отец, Александр Васильевич, принадлежал к старинному дворянскому роду. С деятельностью А.В. Алябьева связано открытие первых в Сибири семи народных училищ, Тобольского театра и «вольной» типографии В. Корнильева, в которой печатался первый в Сибири литературный журнал «Иртыш». Мама, Анна Андреевна, происходила из рода Новиковых, выходцем из которого стал знаменитый русский просветитель Н.И. Новиков.
В доме Алябьевых царила музыкальная атмосфера, играл крепостной оркестр, звучали народные песни – все это благоприятно сказалось на развитии музыкальных способностей мальчика. Александр по обычаям времени получил домашнее образование, изучал географию, историю, математику, литературу, немецкий и французский языки, а также обучался игре на фортепиано.
Когда ему исполнилось 9 лет, семья переехала в Астрахань, а через год – в Петербург − в связи с назначением главы семейства сначала правителем Кавказского наместничества, а после − президентом Берг-коллегии. В Петербурге Александр начал серьезные занятия музыкой под руководством известного композитора и теоретика И.Г. Миллера. На досуге посещал концерты и спектакли императорских театров с участием таких выдающихся артистов, как актеры М.И. Вальберхов, А.М. Каратыгин, Е.С. Сандунов, Е.С. и Н.С. Семеновы, С.В. Самойлова, Я.Е. Шушерин, А.С. Яковлев, певец В.М. Самойлов и другие. Все это повлияло на становление музыкально-эстетических вкусов юноши.
Будучи 14-летним, Александр Алябьев зачисляется на государственную службу в Горный департамент. Спустя три года семья Алябьевых вновь переезжает. На этот раз в Москву, где отец был назначен в Межевой департамент. А Александр был переведен в московскую Берг-контору. Все свое свободное время посвящал совершенствованию исполнительских навыков и композиции. К этому периоду относятся первые пробы пера – фортепианные пьесы, преимущественно вальсы, галопы, мазурки и другие.
В Москве А.А. Алябьев как пианист-аккомпаниатор и импровизатор стал завсегдатаем музыкальных собраний В.Ф. Одоевского, В.А. Всеволжского, а также братьев Виельгорских. О музыкальном быте того времени Б.В. Асафьев писал так: «Начало века – поместное, усадебное и городское домашнее музицирование. В редких воспоминаниях не встретишь страниц, посвященных музыкальным препровождениям. Песня господствует повсюду. Деревня, село, барская усадьба, городской посад, пригород, застава, постоялые дворы, трактиры, мещанская и купеческая среда, дома и чертоги вельмож, наконец театральные представления, состоящие из зрелищ и пьес разнородных жанров, – все насыщено песнью в ее многообразных проявлениях. Песенностью пронизаны и композиторские опыты».
Но даже на этом фоне «всеобщей музыкальности» известность молодого композитора и исполнителя росла стремительно. Страницы «Московских ведомостей» пестрели извещениями о продаже алябьевских «Большого полонеза», «Нового французского романса» и других – пока в его жизнь не ворвалась война 1812 года. А.А. Алябьев добровольцем вступает в гусарский полк, с которым прошел весь боевой путь от Москвы до Парижа, был ранен под Дрезденом и получил многочисленные награды. «Будучи употреблен в опасных местах, – сказано в формулярном списке А.А. Алябьева, – везде отлично исправлял данные ему поручения».
По окончании войны Александр Алябьев продолжил военную службу, живя в Петербурге, а после выхода в отставку поселился в Москве и всецело посвятил себя музыке. К «московскому» периоду относятся: опера «Лунная ночь, или Домовые», водевиль «Путешествующая танцовщица, или Три сестры-невесты», 1-й струнный квартет, фортепианный квинтет, романсы «Один еще денек» на слова Г.М. Кантакузена, «Слеза» на слова А.С. Пушкина, «Прощание гусара» на слова Н.Н. Ожрицкого и другие.
В круг его знакомств входили композиторы А.Н. Верстовский, М.Ю. Виельгорский, М.И. Глинка, Ф.Е. Шольц. Были среди близких ему людей и литераторы: А.А. Бестужев, Ф.Н. Глинка, А.С. Грибоедов, Д.В. Давыдов, А.А. Дельвиг, А.И. Крылов П.А. Муханов, В.Ф. Одоевский, а также драматурги М.Н. Загоскин и А.И. Писарев. Знаком он был также с актерами П.С. Мочаловым, Н.В. Репиной, А.М. и Д.М. Сабуровыми, М.С. Щепкиным и другими выдающимися представителями передовой интеллигенции Москвы. Этот период стал временем стремительного роста его дарования, что добавляло популярности у публики.
Однако судьба уже готовила ему тяжкие испытания. В феврале 1825 года в доме А.А. Алябьева во время карточной игры произошла ссора, один из участников которой вскоре скоропостижно скончался. В результате композитор был арестован по подозрению в убийстве и после длительного судебного разбирательства, несмотря на недоказанность преступления, был приговорен к лишению всех прав, дворянского звания и ссылке в Сибирь.
Трехлетнее тюремное заточение сказалось на здоровье музыканта, он заболел ревматизмом, сильно ухудшилось зрение. Единственное, чего смогли добиться родные Алябьева в хлопотах об облегчении его участи, − это разрешения поместить в сырой и глухой камере фортепиано. Музыка стала его спасением. Здесь, в заточении, были созданы балет «Волшебный барабан, или Следствие волшебной флейты», 3-й струнный квартет, романсы, среди которых − знаменитый «Соловей».
В тобольской ссылке А.А. Алябьев организовал военный духовой оркестр, участвовал в концертах как пианист и дирижер. Во время поездки на Кавказ, разрешенной для лечения, записывал грузинские, армянские, кабардинские, азербайджанские народные мелодии, которые нашли свое отражение в творчестве.
Несмотря на тяготы судьбы, доносы и постоянный надзор полиции, годы ссылки оказались периодом творческого расцвета композитора. В этот период были созданы оперы «Амалат-Бек», «Буря», «Рыбак и русалка»; музыка к спектаклям «Отступник, или Осада Коринфа», «Виндзорские кумушки»; вокальные циклы «Кавказский певец», «Шесть романсов» с посвящением будущей жене Е.А. Офросимовой; романсы «Сладко пел душа-соловушка» на слова И.И. Лажечникова, «Прости, прости, – ты мне сказала» на слова П.Е. Бурцева, «Иртыш» на слова И.И. Веттера, «Вечерний звон» на слова И.И. Козлова, «Я помню чудное мгновенье» на слова А.С. Пушкина, песня «Голова ль моя, головушка» на слова А.А. Дельвига и другие сочинения.
Плодотворными стали творческие связи А.А. Алябьева с историком и фольклористом М.А. Максимовичем, в результате чего появился сборник «Голоса украинских песен», высоко оцененный Н.В. Гоголем. В Оренбурге сложилась дружба с филологом В.И. Далем, в результате которой появился сборник обработок азиатских народных песен.
Немаловажную роль в судьбе композитора сыграло участие оренбургского генерал-губернатора В.А. Перовского – поклонника его творчества. Зная о материальных трудностях семьи, ухудшении здоровья и неудачных попытках родственников Алябьева добиться помилования или хотя бы смягчения участи ссыльного, он лично ходатайствовал перед царем о зачислении на государственную службу и о разрешении музыканту проживать у родных в Московской губернии. На что получил согласие, но с «запретом въезда в обе столицы».
Под видом командировок А.А. Алябьев все чаще появлялся в Москве, где, находясь вдали от наблюдения полиции, в атмосфере, живо напоминавшей молодые годы, еще не омраченные обрушившимся на него несчастьем, забывал о положении изгнанника. Счастливым событием стала долгожданная женитьба на Е.А. Офросимовой. А над композитором уже сгущались новые тучи преследований. За незаконное пребывание в Москве композитор снова лишился гражданских прав, был уволен со службы и сослан в Коломну.
Только в 1843 году Александр Александрович с большим трудом получил разрешение жить в Москве, под надзором полиции и «без права показываться публике». Ведя уединенный образ жизни, он всецело посвятил себя сочинению. Все больше он обращался к темам и сюжетам из жизни простых людей, темам протеста, социального неравенства, что было продолжено в творчестве А.С. Даргомыжского и М.П. Мусоргского. Среди произведений, завершающих творческий путь композитора, песня «Кабак», романсы «Изба», «Деревенский сторож» на слова Н.П. Огарева, «Нищая» на слова П. Беранже и другие.
А.А. Алябьев – пример несгибаемой силы воли, неустанного трудолюбия, безграничной любви и преданности музыке. По сей день его творчество продолжает радовать и вдохновлять сердца музыкантов и слушателей по всему миру.
* * *
Материалы личного архива А.А. Алябьева отложились в Государственном архиве Оренбургской области, Государственном музее музыкальной культуры им. М. Глинки, Государственном театральном музее им. А. Бахрушина и в РГАЛИ, где находится небольшой личный фонд А.А. Алябьева (№ 1915). Он насчитывает 3 единицы хранения за 1814–1842 годы и был создан в 1949 году. Документы поступили в ЦГЛА (РГАЛИ) из Государственного архива Чкаловской области; в последующем фонд пополнился из различных собраний ЦГЛА—ЦГАЛИ.
В составе фонда – машинописные копии двух дел из фонда Канцелярии Оренбургского военного губернатора «Об учреждении полицейского надзора за препровождаемым по высочайшему повелению в г. Оренбург на жительство разжалованным подполковником Алябьевым» за 1833–1836 годы и «По отношению Московского генерал-губернатора, о вызове из Москвы коллежского регистратора Алябьева, т.к. сему чиновнику воспрещен въезд в обе столицы» за 1841–1842 годы. Здесь же находится письмо А.В. Алябьева (отца) князю А.Б. [Куракину] об исполнении поручений, касательно государственной службы в Сенате.
Однако помимо небольшого личного фонда композитора, в РГАЛИ хранится чуть больше 20 документов, имеющих отношение к его жизни и творчеству в фондах тех деятелей культуры, которые были современниками музыканта.
О.А. Лапунова,
главный специалист РГАЛИ
-
Портрет А.А. Алябьева. Литография Ф. Бартольди по рисунку Г.П. Гельмерсена. 1834 г. РГАЛИ. Ф. 2579. Оп. 1. Фотокопия
-
Романс А.А. Алябьева «Русская песня» («Не скажу никому…») для голоса с ф-п. на слова А.В. Кольцова. 1830-е–1840-е гг. РГАЛИ. Ф. 2430. Оп. 1. Автограф
-
Романс А.А. Алябьева «Соловей» для голоса с ф-п. на слова А.А. Дельвига. Переложение для голоса с оркестром М.И. Глинки. Партитура. РГАЛИ. Ф. 952. Оп. 1. Рукопись
-
Письмо Д.Н. Блудова В.А. Перовскому об участи А.А. Алябьева. 2 марта 1833 г. РГАЛИ. Ф. 1915. Оп. 1. Машинописная копия
-
Письмо Д.Н. Блудова В.А. Перовскому об участи А.А. Алябьева. 18 января 1835 г. РГАЛИ. Ф. 1915. Оп. 1. Машинописная копия
-
Письмо А.И. Нейдгарта В.А. Перовскому об А.А. Алябьеве. 23 января 1841 г. РГАЛИ. Ф. 1915. Оп. 1. Машинописная копия
-
Письмо А.А. Алябьева [В.А. Перовскому]. 24 января 1841 г. РГАЛИ. Ф. 1915. Оп. 1. Машинописная копия
-
Письмо А.А. Алябьева [В.А. Перовскому]. 3 апреля 1841 г. РГАЛИ. Ф. 1915. Оп. 1. Машинописная копия
-
Письмо В.А. Перовского Л.В. Дубельту об участи А.А. Алябьева. 16 апреля 1842 г. РГАЛИ. Ф. 1915. Оп. 1. Машинописная копия
