Список фондов

«Иван», как его за глаза называли даже молодые кинематографисты, никого не оставлял равнодушным. Его любили и ненавидели, но неизменно уважали за ту самоотдачу, с которой он занимался всем, за что приходилось ему браться. Он был признанным лидером советского кинематографа. «Иван решил», «Иван обещал», «Иван запретил» звучало убедительнее, чем министерские приказы. Его преданность искусству и готовность за него бороться не вызывали сомнений.

И если в его детстве сибиряка мы не находим склонности к творчеству, то для формирования крепкого, как местные морозы, характера поводов было достаточно. Рано оставшись без отца, мальчик с детства был приобщен к тяжелому деревенскому труду. Ему было откуда черпать материал для своих будущих «колхозных» комедий. С отчимом у него отношения не сложились — однажды Иван гнался за ним с топором до самого полицейского участка, защищая от побоев мать. Так же и впоследствии, «с топором», Пырьев готов был отстаивать свое и коллег право на творчество. Затем несколько лет скитаний, случайные заработки. Пырьев так и не получил систематического образования. И как при этом глубоко впоследствии он прочтет отечественную литературную классику!

Начавшаяся мировая война не оставляла бойкому пареньку сомнений — только на фронт! Он несколько раз пытается присоединиться к частям, отправляющимся к местам боев. Компанейского парнишку — балагура, плясуна и певуна — любят солдаты. Но из-за слишком юного возраста Ивана несколько раз отправляют в тыл, откуда он снова и снова возвращается в ту же воинскую часть. Наконец, Пырьев попадает в команду конных разведчиков и после одного из ночных боев оказывается в лазарете. Его награждают Георгиевским крестом 4-й степени, а вскоре, после очередного ранения, еще одним «Георгием» — 3-й степени. В войну врывается революция, и не доехавший до дома Пырьев оказывается в отряде анархистов, а вскоре вступает в Красную Армию и в партию большевиков. Затем художественная самодеятельность по линии Пролеткульта — первые постановки, первые «гастроли»… Приходилось и учиться, и секретарствовать в партячейке, и организовывать субботники. Вставал в 6 утра, ложился в 2 часа ночи. Такой режим станет для Пырьева привычным. Он актерствует в Первом рабочем театре Пролеткульта. Слушает лекции мастеров — С. Эйзенштейна, М. Чехова. Молодого актера приглашает в свой театр В.Э. Мейерхольд. Пырьев ошеломлен методами нового наставника и навсегда сохранит к нему глубокое уважение. Но, как и многих молодых людей того времени, его начинает манить кино. Поначалу Пырьев выступает в качестве помощника опытных режиссеров в восьми картинах. Режиссер Е.А. Иванов-Барков аттестовал молодого коллегу как «художественно-воспитанного, энергичного и честно исполняющего свои обязанности» (Ф. 3058. Оп. 1).

И вот 1927 год — первая самостоятельная «фильма» «Посторонняя женщина». Картина была замечена зрителем, но в «золотую коллекцию» пырьевских фильмов явно не попала. Следующая его работа — «Государственный чиновник» — вообще была положена на полку. Претензии к режиссеру звучали узнаваемо для Пырьева: «Тов. Пырьев считался только с теми замечаниями, которые не расходились с его желаниями и намерениями» (Ф. 3058. Оп. 1). Эта картина дала начинающему режиссеру бесценный опыт борьбы за свое творчество. Впоследствии ни один его фильм не проходил без злоключений, добавляя их создателю рубцов на сердце... На пути к своим знаменитым комедиям Пырьев пытался поставить классику — «Мертвые души» — сценарий для которых он предложил написать М.А. Булгакову. Все было готово. Но статья в «Правде» «Сумбур вместо музыки» (1936) подтолкнула Пырьева к современным темам. Началась эпоха звукового кино, только что вышел фильм «Чапаев», который Пырьев никогда не упускал случая похвалить. Пырьев снимает фильм «Партийный билет» на злободневную тогда тему «вредителей». Успех у зрителей и в прессе оборачивается… отстранением от режиссерской работы и увольнением с московской студии. Безработного режиссера приглашают в Киев, где он, наконец, снимает первый свой фильм, принесший ему всенародную славу — «Богатая невеста» (1937).

Партийное руководство Украины настороженно отнеслось к замыслу создать комедию о колхозной жизни («Смеяться над колхозами?! Не позволим!»). Но режиссер переубедил начальство (убеждать он умел). Картина была еще далека от завершения, когда в киевской партийной прессе были помещены статьи про «шкодливый фильм». В опубликованную версию воспоминаний Пырьева (1978) не попали его слова о том, что к такой ситуации привели аресты руководства Киевской студии и Украинфильма. Прекратилось финансирование, выделение сельхозтехники, начали разбегаться актеры-эпизодники, не желавшие пятнать себя участием во «вредном» кино. Но Пырьев вышел из почти безнадежного положения, доснял фильм, чтобы в Москве его… положили на полку. Перестраховщики испугались того, что в одном из кадров слово «враг» из песни почти накладывается на портрет И.В. Сталина! И лишь после того, как картину посмотрели в Кремле, она наконец вышла на экраны и сразу полюбилась зрителям. Уже в этом фильме проявились лучшие черты Пырьева-режиссера — знание материала, умение работать с натурой, внимание к сценарию и подбору актеров, прекрасная музыка (началось сотрудничество с И.О. Дунаевским). Позднее в воспоминаниях режиссер признается, что, работая над этим фильмом, он понял, «что труд простых людей, их творческое, самоотверженное отношение к труду должны быть непременной целью и главным предметом нашего киноискусства» (Ф. 3058. Оп. 1).

Последовали новые «колхозные» комедии — «Трактористы» (1939), «Свинарка и пастух» (1941, этот фильм Пырьев считал своим лучшим), после войны — «Сказание о земле Сибирской» (1947), «Кубанские казаки» (1949). Уже тогда режиссера упрекали — он снимает сказочный лубок, далекий от реальности. В перестроечные годы эти обвинения станут для киноведов почти ритуальными. Но Пырьев не был идеалистом или приспособленцем. Он был убежден, что народ, переживший многое и продолжающий жить в непростых условиях, должен хотя бы в кино увидеть надежду на лучшее. Он и сам приближал, как мог, это будущее. Даже в годы войны, перегруженный организационной работой по руководству Центральной объединенной киностудией, он снимает фильмы «Секретарь райкома» (1942) и «В шесть часов вечера после войны» (1944). В последнем Победа в Великой Отечественной войне была показана на экране еще до того, как она наступила. Так искусство само творило жизнь. И благодарный зритель Пырьеву верил. В одном из зрительских откликов на «Сказание о земле Сибирской» режиссер прочитал: «Мы еще не видели такой прекрасной, правдивой кинокартины...» (Ф. 3058. Оп. 1). Таких писем в пырьевском фонде в РГАЛИ сотни.

Но режиссерством неуемный Пырьев ограничиться не мог. Он добровольно возложил на себя большую общественную нагрузку, став признанным лидером советских кинематографистов. Возглавив в 1944 году Московский Дом кино, Пырьев сумел превратить место для отбывания «обязаловки» в живой центр кинематографической мысли и практики. Он — постоянный участник худсоветов при Комитете (министерстве) по делам кинематографии, где, невзирая на чины и заслуги, обсуждаются новые фильмы. За два года он сумел практически из руин поднять «Мосфильм», превратившийся при нем в образцовую киностудию. Свою главную задачу он видел в том, чтобы «развернуть в студии "Мосфильм" производство большего количества хороших фильмов самых разнообразных жанров» (Ф. 3058. Оп. 1). И еще основал при студии музей и высшие режиссерские курсы.

С довоенной поры он пробивал идею создания кинематографистами собственного Союза. На Всесоюзном совещании работников кинематографии в 1946 году Пырьев с болью говорит о том, что «нет у нашей общественности никаких прав…, а мы хотим, чтобы была настоящая боевая общественная организация» (Ф. 2456. Оп. 1). И в тот момент, когда это все-таки случилось — в 1965 году, Пырьев, до этого возглавлявший Оргкомитет Союза, в качестве «подарка» от властей был оставлен не у дел.

Пырьев активно продвигал советское кино за рубежом, был гостеприимным хозяином для иностранного кино в СССР. Был уверен, что «кино помогает людям полнее узнать друг друга, глубже посмотреть на жизнь той или иной страны...» (Ф. 3058. Оп. 1). Выдвигал молодежь еще тогда, когда отдельных ее представителей никто не считал талантливыми. Пырьев был уверен, что «выдвижение молодежи имеет огромное значение, это — будущее нашей студии, всей советской кинематографии» (Ф. 3058. Оп. 1). Актерская звезда Юрия Яковлева загорелась после того, как Пырьев более десяти лет не решался поставить «Идиота» (1958), т. к. не находил актера на роль князя Мышкина и наконец увидел его в Яковлеве. Но Пырьеву пришлось становиться перед неизвестным актером чуть ли не на колени, чтобы убедить его согласиться на эту роль. Ради творчества режиссер был готов на все. Также Пырьеву пришлось долго убеждать начинающего режиссера Эльдара Рязанова взяться за «Карнавальную ночь». Если бы не настойчивость Пырьева, скорее всего, любимый миллионами фильм не появился бы на свет или получился бы совсем другим. Приступая к съемкам, Пырьев всегда первым делом интересовался вопросами быта актеров, добиваясь от «инстанций», чтобы им было предоставлено все необходимое. Многим он помог, многих поддержал. Пырьев открыл для кинематографа М.А. Ладынину, В.М. Зельдина, Б.Ф. Андреева, Н.А. Крючкова, П.М. Алейникова, К.С. Лучко, С.В. Лукьянова и многих других актеров. Были и те, кто считал свою карьеру погубленной «всевластным Иваном». К тем же, кто спустя рукава выполнял свою работу — будь то актер или осветитель — Пырьев был беспощаден. Но он мог быть дерзким и с начальством. На одном из совещаний, обращаясь к министру кинематографии И.Г. Большакову, режиссер буквально выкрикнул с трибуны, сорвав бурные аплодисменты: «Если не можете руководить киноискусством, — так уходите!». Такие вещи только Пырьеву сходили с рук — с его талантом и авторитетом в кинематографической среде не могли не считаться.

И все же главным для Пырьева до конца дней оставалось творчество. Посчитав исчерпанным для себя комедийный жанр, он после «Идиота» и «Белых ночей» (1959) возвращается к своему любимому Достоевскому, замахнувшись на едва ли не самое сложное для экранизации его произведение — «Братьев Карамазовых» (1967–1968). Чего стоило только уместить многоплановый роман в небольшой киносценарий! Сколько сомнений и бессонных ночей принесла реализация такого замысла! Обостряются проблемы со здоровьем. И все же звучит его любимая команда «Мотор!». Но в разгар съемок останавливается собственный «мотор» режиссера — его изношенное вконец сердце… Стараясь строго следовать замыслу Мастера, фильм закончат исполнители главных ролей — М. Ульянов и К. Лавров.

* * *

В РГАЛИ хранится личный фонд И.А. Пырьева (Ф. 3058), включающий более 500 единиц хранения. Руководство ЦГАЛИ обратилось к режиссеру с просьбой о передаче его личного архива в январе 1968 — за несколько дней до его кончины. В итоге документы поступили в ЦГАЛИ лишь в 1987 году.

В фонде хранятся воспоминания И.А. Пырьева (частично опубликованные), литературные сценарии фильмов (как вышедших на экраны, так и неосуществленных — «Мертвые души», «Война и мир», «Воскресение», «За великую Русь» («Иван Грозный»)), фотографии рабочих моментов съемок, индивидуальные и в группах с ведущими актерами советского и зарубежного кино. Рукописи представлены статьями, докладами, лекциями. Наиболее ценны записные книжки режиссера, которые он вел в зарубежных поездках. Содержательная переписка Пырьева включает его письма Е.А. Фурцевой, К.М. Симонову, С.И. Юткевичу, М.И. Ромму и др. Среди авторов писем — Г.В. Александров, А.П. Довженко, И.О. Дунаевский, А.А. Тарковский, К.Ю. Лавров, Н.Ф. Погодин, Л.З. Трауберг и др. В фонде собраны также письма зрителей Пырьеву, статьи и заметки о его фильмах в прессе, иные документы, связанные с его творческой деятельностью, биографические материалы — дипломы лауреата Сталинских премий (6), грамоты (в т.ч. на звание народного артиста СССР), благодарности, орденские книжки, удостоверения, договоры и пр. Кроме того, связанные с Пырьевым документы хранятся в фондах № 2456 Комитета по делам кинематографии при СНК СССР, № 2936 Союза кинематографистов СССР, содержащие выступления режиссера по проблемам развития кинематографии.

Д.В. Маслов, д.и.н.,
главный специалист РГАЛИ

Фотогалерея
Свидетельство об окончании И.А. Пырьевым церковно-приходской школы. 20 июня 1915 г. РГАЛИ. Ф. 3058. Оп. 1. 🔍 Нажмите для увеличения
Удостоверение И.А. Пырьева, выданное Театром Вс. Мейерхольда. 12 августа 1923 г. РГАЛИ. Ф. 3058. Оп. 1. 🔍 Нажмите для увеличения
Фотография И.А. Пырьева на съемках фильма «Конвейер смерти». 1933 г. РГАЛИ. Ф. 3058. Оп. 1. 🔍 Нажмите для увеличения
Фотография И.А. Пырьева на съемках фильма «Трактористы». 1939 г. РГАЛИ. Ф. 3058. Оп. 1.  🔍 Нажмите для увеличения
Фотография И.А. Пырьева на съемках фильма «Свинарка и пастух». 1941 г. РГАЛИ. Ф. 3058. Оп. 1. 🔍 Нажмите для увеличения
Фотография И.А. Пырьева и Е.В. Самойлова на съемках фильма «В шесть часов вечера после войны». 1944 г. РГАЛИ. Ф. 3058. Оп. 1. 🔍 Нажмите для увеличения
Фотография И.А. Пырьева и С.В. Лукьянова на съемках фильма «Кубанские казаки». 1949 г. РГАЛИ. Ф. 3058. Оп. 1. 🔍 Нажмите для увеличения
Фотография И.А. Пырьева на съемках фильма «Братья Карамазовы». 1967–1968 гг. РГАЛИ. Ф. 3058. Оп. 1. 🔍 Нажмите для увеличения
Свидетельство об окончании И.А. Пырьевым церковно-приходской школы. 20 июня 1915 г. РГАЛИ. Ф. 3058. Оп. 1.