Сегодня картины Николая Ефимовича Кузнецова хранятся в музеях и галереях Москвы, Нижнего Новгорода, Тулы, Краснодара, Саратова, Таганрога, Ельца, Челябинска, Красноярска и других городов, хотя возможность провести первую персональную выставку выдалась ему только в 1963 году, когда художнику было уже 87 лет. Экспозиция имела успех у посетителей: «С большим удовольствием осмотрел выставку прекрасного художника, ‒ писал один из них, ‒ большого и глубокого мастера Николая Ефимовича Кузнецова, который показал здесь только небольшую часть своих работ, но в них видна большая плодотворная жизнь художника. Сразу обо всех картинах не скажешь своего впечатления, но очень хороша графика. Хорошо, что показали нам одного из больших мастеров, ученика Серова и Коровина, который сам дал много для искусства».
Рисованием Кузнецов увлекся еще в детстве; впоследствии он писал: «…Я всегда рисовал и никто меня не учил. Я рисовал во все свободные от ученья дни. Рисовал добросовестно. Больше всего я рисовал пейзажи. Летом ходили семьями на прогулку, и я рисовал пейзажи с натуры». Поэтому, поступив на юридический факультет Московского университета, юноша принял решение брать еще и частные уроки живописи. Художник В.Я. Тишин посоветовал обратиться к К.А. Коровину, но «к Коровину мне идти не хотелось, ‒ продолжал Николай Ефимович. ‒ Очень общо он писал, не выписывал как В. Маковский и не нравился мне».
Вторая попытка найти учителя также не увенчалась успехом: Леонид Осипович Пастернак преподавал только барышням и опять же направил к Константину Коровину, который работал вместе с Валентином Серовым. Конечно же, выбор нашего героя пал на Серова. Но тот был вынужден отказать по причине «чрезмерной занятости в Школе живописи» и… направил к Коровину. Делать было нечего, пришлось смириться с выбором судьбы. Узнав адрес мастерской, уже на следующее утро Николай Ефимович был там: «И вот я стал учеником Коровина. В мастерской стояли неоконченные работы Коровина. Помню женский портрет начатый, намечен овал лица, глаза, губы, все только намечено общим тоном, и тон лица по отношению к фону меня очаровал... Манера Коровина была тем замечательна, что он не видел мелочей, а писал сразу общее в связи с фоном. Так получалась гармоничная вещь... Я понесся домой на крыльях, не чувствуя ног под собой. Я ‒ художник».
В 1907 году, по совету К. Коровина, Кузнецов уехал в Европу, где продолжил художественное обучение у Шарля Герена, в студии Кола Росси, Академии Витти у Англады Камаразы, Студии Матисса у самого Анри Матисса. Правда, нужно отметить, что работа в студии Матисса привела в замешательство Н. Кузнецова. В своих воспоминаниях он отмечает, что «дело там было поставлено странно». Ученики в течение двух недель писали модель самостоятельно, затем приходил Матисс и, оценивая работы, как правило, говорил, две фразы «Нет движения», «Нет рисунка». Ответа на вопрос: «что это значит?» ‒ не было. «Вообще он очень серьезный, вдумчивый художник. Глаз у него безошибочный. Но все-таки после этого опыта мне уже не хотелось у него работать».
Вернувшись в Россию, Н.Е. Кузнецов продолжил совершенствоваться в своем мастерстве. В 1911 году под руководством Коровина он написал картину «За работой», которая была представлена на выставке Товарищества передвижных художественных выставок: «Когда я пришел на выставку, я был удивлен, до чего хорошо ее поместили, как она хорошо звучала там и главное, повесили на одной стене между Репиным и Поленовым».
После революции наступила новая жизнь, и нужно было найти свое место: «Почувствовалась твердая целеустремленная власть. Чувствовалась уверенность в том, что можно браться за дело и его спокойно делать. В конце апреля 1918 г. “Союз живописцев” поручил мне украшать Пресненский район». В это же время Кузнецову предложили работу сценографа в недавно открывшемся театре Краснопресненского района, где Николаю Ефимовичу, помимо прочего, выпала возможность поработать с Константином Сергеевичем Станиславским: «Для постановки “Дяди Вани” он прислал ко мне своего режиссера, который дал указания, какие нужно сделать декорации и дал план постановки. При этом нельзя не сказать, что за три дня до спектакля К.С. Станиславский лично днем приехал в театр, и мы ему поставили декорации всех актов. Он все одобрил. Спектакль состоялся с большим успехом».
Весной 1919 года Николаю Ефимовичу было поручено организовать Пролетарский музей в Мариинском переулке, который был вскоре закрыт вследствие отсутствия средств на содержание. В это же время он декорирует Театральную площадь (площадь Свердлова) к III-му съезду Коминтерна. В 1921 году принимает руководство Студией рисования при клубе в особняке Тарасовых на Спиридоновке, позже организует фотолабораторию в Институте Маркса‒Энгельса, в 30-е годы работает в издательствах, возглавляет художественную студию рисования в Музее изобразительных искусств им. А.С. Пушкина.
На творческом вечере Н.Е. Кузнецова художник Петр Иванович Котов сказал: «Приятно то, что человек немалых лет дает такое дрожание нервов. Это основное, пока нервы живут, трепещут, до тех пор художник жив». Самым сокровенным желанием Николая Ефимовича было показать свои работы людям, и на закате жизни он смог осуществить свою мечту, передав свои произведения в музеи по всей стране.
* * *
В РГАЛИ хранятся документы, переданные в архив самим мастером в 1964 году. Фонд № 2442 «Николай Ефимович Кузнецов — художник» состоит из 63 единиц хранения за 1888–1969 годы.
Особую ценность представляют его работы — рисунки, этюды, иллюстрации к литературным произведениям, эскизы декораций к спектаклям, эмблемы и лозунги для праздничного оформления Краснопресненского района Москвы.
Внимание исследователей привлекут воспоминания Николая Ефимовича. В этих материалах отражена не только историческая среда, в которой проходили становление и творческая жизнь художника, но и содержатся важные свидетельства о его современниках — К.А. Коровине, В.А. Серове, Л.О. Пастернаке, В.Я. Тишине и др. Помимо этого в фонде хранятся каталоги выставок, фотографии Н.Е. Кузнецова, его родственников и коллег, письма.
Несмотря на небольшой объем, комплекс материалов представляет безусловный интерес, как для исследователей истории живописи, так и для биографов художника.
Н.Ю. Ельцова, начальник отдела РГАЛИ
🔍 Нажмите для увеличения
🔍 Нажмите для увеличения
🔍 Нажмите для увеличения
🔍 Нажмите для увеличения
🔍 Нажмите для увеличения
🔍 Нажмите для увеличения
🔍 Нажмите для увеличения
🔍 Нажмите для увеличения