В конце XIX — начале XX века имя Алексея Михайловича Пазухина знали почти все: его романы и повести выходили едва ли не ежегодно, а читательская аудитория насчитывала миллионы. Сегодня же о писателе почти не вспоминают, его книги не переиздаются, а биография известна лишь узкому кругу исследователей. Попробуем восстановить справедливость и рассказать о человеке, чьи произведения когда-то дарили радость тысячам читателей.
Алексей Михайлович по отцу, Михаилу Павловичу, принадлежал к старинному дворянскому роду, а мать происходила из купеческой семьи. Однако семья жила довольно скромно. Получив первоначальное образование дома, юный Алексей в 1861 году поступил в Ярославскую гимназию ‒ в качестве дворянского пансионера, поскольку денег на оплату учебы не хватало. Остались его тягостные воспоминания о гимназических годах, где уже умудренный опытом писатель отмечал, что «добром помянуть гимназию я оснований не имею», поскольку «в начале 60-х годов XIX века гимназия внутренним строем, приемами воспитания и образования мало чем разнилась от бурсы Помяловского». Литератор с горечью вспоминал, что педагогам того времени ничего не мешало строго наказывать франтоватых пансионеров и гимназистов ‒ так же, как это делали педагоги вроде увековеченного Помяловским Лобова.
Но жизнь не стояла на месте. Как вспоминал А.М. Пазухин, «в конце 60-х годов нас, гимназистов, сильно захватила проповедь о служении народу, и я, под влиянием этой проповеди, покинул гимназию и стал готовиться к экзамену на звание народного учителя, который и выдержал, а затем, посещая в течение целого года реформированное уже “Уездное училище”, сдал пробные уроки и сделался народным учителем». Таким образом будущий писатель гимназии так и не окончил, а «пошел в народ».
Алексей Михайлович восемь лет посвятил работе в сельских школах в Давыдкове и Великом (Ярославская губерния). В селе Великом он даже участвовал в создании общественной библиотеки и народного театра, стремясь приобщить крестьян и их детей к культуре и знаниям.
В 1872 году, оставив учительство и, вероятно, осознав малую пользу от своего служения, Пазухин стал чиновником особых поручений при Ярославском губернском правлении ‒ там же, где некогда секретарем служил его отец. Тогда же состоялся и литературный дебют Алексея Михайловича: в петербургском журнале «Воскресный досуг» была напечатана его первая повесть «Тяжелая доля». Параллельно он начал сотрудничать с другими изданиями: в газете «Неделя» публиковал очерки из народной жизни, в журнале «Будильник» размещал юмористические рассказы. Тексты так и лились из-под пера литератора, а сюжеты произведений долго искать не приходилось: богатый «послужной список» А.М. Пазухина, знавшего все стороны жизни уездного дворянства и крестьянства, прочно сидели в его памяти. Массовый читатель уважал многочисленные литературные «поделки» Алексея Михайловича за живой язык и обычные истории, которыми была полна жизнь всякого человека. Однако именно литературная деятельность и стоила ему места на службе. Новый губернатор не одобрил этой плодовитости Пазухина в «Будильнике», и писатель лишился скромного приработка на государственной службе к своим литературным гонорарам.
В 1881 году, женившись, Пазухин переехал в Москву, где начал тесно сотрудничать с газетой «Московский листок», издаваемой Николаем Ивановичем Пастуховым. Именно здесь он обрел литературное имя и написал большинство своих произведений, отдавая «Московскому листку» все силы и время. В автобиографической статье он продолжал: «Сотрудничая во многих журналах и газетах, я все свои силы и всё своё время отдавал “Московскому листку”, в котором напечатал более 50 больших романов и повестей, вышедших потом отдельными изданиями, причём некоторые из этих романов выдержали по нескольку изданий... Количество мелких рассказов, очерков и “сценок” сосчитать невозможно, и в 33 года существования “Московского листка” их напечатано количество прямо-таки необъятное…».
Но через какое-то время А.М. Пазухин с горечью осознал, что, несмотря на популярность у массового читателя, литературная критика и «толстые журналы» почти не замечали его. Единственная публикация литератора в серьезном издании ‒ журнале «Русское богатство» ‒ вышла в 1882 году. Это была его повесть из крестьянского быта «Пустяшное дело». Сам писатель, понимая, что в литературных кругах его не считают «своим», говорил о себе как о «поставщике фельетонных романов, на которые любое литературное ничтожество смотрит много-много что с презрительным снисхождением».
Тем не менее читатели его книги любили. Влас Дорошевич, выдающийся журналист и писатель рубежа XIX–XX веков, вспоминал, двух сестер-портних, живших плохо и скудно: «… Единственной их радостью было почитать “Листочек”. Они покупали его два раза в неделю, по средам и субботам, когда печатался роман Алексея Михайловича. Они читали про богатого купца-самодура, про его красавицу дочку, про приказчика, который был беден – как они. Которому приходилось терпеть – еще побольше. Но который, в конце концов, добивался счастья. Они верили золотой сказке… и Пазухин, добрая Шахерезада, рассказывал им сказку за сказкой. И они видели золотые сны. Милый, добрый писатель, да благословит вас счастием небо, за те хорошие минуты, которые вы внесли в жизнь маленьких, бедных и обездоленных».
После Октябрьской революции газета «Московский листок» была закрыта, Пазухина совсем перестали печатать. Писатель, так и не накопивший богатств за свои литературные поделки, вновь, как в детстве, оказался в нищете. Алексей Михайлович пытался найти поддержку у издателей, но все безуспешно, поскольку новая власть не видела ценности в его творчестве, а в годы Гражданской войны даже много более именитые писатели, открыто поддержавшие большевиков, тоже были на грани голодной смерти.
27 марта 1919 года писатель скончался в Москве «от полного истощения организма». В некрологе, опубликованном в газете «Дело народа», говорилось, что «покойный написал более ста романов, которые охотно читались средней публикой, чей быт он мастерски описывал. Среди всех людей, сталкивавшихся с ним, Алексей Михайлович сохранил самую светлую память как на редкость хороший и светлый человек».
* * *
Фонд Алексея Михайловича в РГАЛИ под № 1138 невелик: всего 38 единиц хранения за 1888–1915 годы. В основном это незаконченные рукописи (пьесы, рассказы, стихотворения), а также черновые записи и рисунки.
Однако и в других фондах есть материалы, касающиеся Пазухина. Например, в фонде писателей Е.И. Вашкова (ф. 90) и С.А. Гарина (ф. 146) можно найти письма, рисунки, визитные карточки.
В.А. Васенкова,
главный специалист РГАЛИ
-
Портрет Пазухина А.М. работы неизвестного художника со стихотворным посвящением Е.И. Вашкова и автографом А.М. Пазухина. 15 июня 1914 г. РГАЛИ. Ф. 1138. Оп. 2. Акварель, карандаш
-
Из рукописи А.М. Пазухина «В тылу. (Наброски московской жизни)». [1915-1916 гг.] РГАЛИ. Ф. 1138. Оп. 1. Автограф.
-
Из рассказа «Лотос» с припиской на полях А.М. Пазухина. Б.д. РГАЛИ. Ф. 1138. Оп. 1. Машинопись, карандашный автограф.
-
Черновые наброски А.М. Пазухина. 1890 г. РГАЛИ. Ф. 1138. Оп. 1. Рукопись, подлинник.
-
Из рассказа А.М. Пазухина «Без самоварчика». Б.д. РГАЛИ. Ф. 1138. Оп. 2. Автограф.
-
Из записки А.М. Пазухина о старости. 4 апреля 1915 г. РГАЛИ. Ф.1138. Оп.2. Автограф.
-
Рисунки Пазухина А.М. 29 сентября 1915 г. РГАЛИ. Ф.1138. Оп.1. Чернила, карандаш.
